С интересом прочитал письмо г-жи Августовой. И сразу отметил для себя положительный момент: чиновники вступили в публичную дискуссию по вопросу, вопрос не игнорирован полностью. А также успел и расстроиться: а вдруг это письмо — не личная инициатива начальника ОФМС области, а такая форма ответа областных властей? Надеюсь, тут я ошибаюсь.
В нашем обращении были выделены главные проблемы, которые приносят на нашу землю трудовые мигранты. («В нашем» — так как обращение поддержали люди. В дальнейшем буду говорить от собственного лица)
1. Они лишают нас рабочих мест.
2. Они готовы работать за намного меньшие деньги, чем мы. И работают. И это снижает наш уровень оплаты труда.
3. Они вывозят заработанные ими деньги из нашей страны.
4. Их работа хуже качеством.
5. За каждым легальным мигрантом приходят несколько нелегальных.
Всего пять пунктов. Именно эти причины я считаю достаточным основанием для снижения квот. Что же ответила на это г-жа Августова? —
Ни-че-го.
Она лишь повторила доводы
в пользу миграции. Неужели ФМС существует для развития и поощрения миграции? Неужели защита рынка труда в интересах граждан России и населения регионов не входит в ее задачи? Трудно в это поверить, но из письма такой вывод напрашивается.
Государственный чиновник почему-то отрицает способность граждан Российской Федерации иметь мнение о политике региональных, местных и федеральных органов власти. Печально. Я полагаю, что государственный человек обязан, как минимум, разъяснить позицию органов госвласти по всякому вопросу. Требовать же от г-жи Августовой прямо действовать по воле народа я не могу, она лишь назначенный чиновник, не самостоятельный политик.
Кстати, по той же причине она не может высказываться на тему того, кто, когда, как, почему имеет право высказываться по политическим вопросам. Она подписала письмо своей должностью, не только именем. Не ей решать. Политические вопросы о мигрантах, о трудовом рынке мы — граждане, станем решать с политическими властями региона. А ее мнение будет выслушано только в качестве такого же мнения гражданина, как и моё собственное.
К вопросу о «неспециалистах». Это ведь не квантовая механика. Мы видим, как квота растет с каждым годом.
2011 — 4500.
2012 — 5500.
2013 — 8000.
2014 — 10320.
Не нужно быть «специалистом», чтобы сопоставить размер квот с численностью занятых в нашей области.
По официальным данным Госкомстата, доступным на
magadanstat.gks.ru, в области около 100 тысяч экономически активного населения. Квоты предполагают, что около 10% из них будут иностранной рабочей силой.
Да, я знаю, что не вся квота официально выбирается работодателями-любителями платить поменьше. Г-жа Августова говорит о примерно 50% реального использования квоты. Допустим. Тогда в следующем 2014 году у нас здесь обоснуются более пяти тысяч иностранцев. И они в основном мужчины. На рынке мужского труда они будут занимать около 10%. Это только легальные работники. Мы же все знаем, что нелегалы есть.
Куда ведет этот путь? Нас всех заменят на дешевую, неквалифицированную рабочую силу?
Г-жа Августова не дает ответов. Впрочем, я и не собираюсь обсуждать с ней вопросы утверждения квот на иностранных работников. Она к ним в качестве начальника ОФМС по Магаданской области не имеет никакого отношения. Не тот человек, с кем надо говорить.
Я обращался к администрации области и города, к губернатору и к мэру, к законодательным органам области и города. Решайте вопрос. Иначе наша и ваша территория станет через пару лет тюркоязычной, иначе нам придется уехать из-за невозможности конкурировать на рынке труда с дешевыми гастарбайтерами, иначе с вас спросят за новое «Бирюлево», когда оно будет здесь.
.jpg)
